Ложится пороша, другая, третья. Санный путь установился. Является с возом старенький-престаренький мужичок, складывает себе потихоньку полено за поленом на дворе, а хозяйка моя, славная такая, сердобольная женщина, жалеет старика, что далеко ему возить, что зябнет он.
Поставила хозяйка самовар, все выложила на стол: сахар, булки, студень, огурцы.
Пришел старик к нам в дом. Уж он молился-молился в угол, потом стал отговариваться от угощенья, как это уж всегда полагается у крестьян. Ссылался и на дальний-то путь, и на волков, что какие-то волки особенные у них в голоперовских лесах, с гривами, и на людей бросаются; одну старуху прошлый год в клочки разорвали, и сказывала старуха, что волки эти были сибирские.
– Как же так она могла сказывать, – спросил я, – когда они ее в клочки разорвали?
Старик принялся смеяться и грозить мне, насмешнику, пальцем: само собой, это уж другая старуха сказывала, самовидцем была.
После этого смеха хозяйка сказала:
– Ну, садись, дедушка, будем чай пить.
Старик сел, и такой оказался речистый, насказистый. Сел он за чай надолго, пока всего самовара не выпил, и потом студень ел с хлебом потихоньку. Рассказывал же больше все про божественное: что будто бы там у них в голоперовских лесах есть гора, и на той горе дивное место: ступит лошадь копытом – и сразу же начинает из-под копытины выступать вода, а ведь высокая гора, и никак нельзя и думать бы о воде на таком нагорье. Вот на этой удивительной горе есть у них святой ключ, вокруг колодца березки, на каждом сучке у берез рубашки висят: это значит, у кого больное дитя бывает, приносят, окунают в холодную воду, а рубашонку его оставляют на березке и с рубашонкой болезнь.
Много чудес бывает.
Старик все и рассказывает про чудеса, а хозяйка моя рада повидать и послушать настоящего православного человека.
Так и пошло у нас через день, потому что далеко старику, день лошадь отдыхает, а на другой уж старик везет свою четвертинку. Уж он складывает-складывает, а хозяйка непременно ставит самовар и обед ему готовит. Так и пошло у нас через день, с утра сидит за чаем старик и рассказывает про чудеса ихнего загорья.
Мне даже скучно стало, когда старик кончил возку все бывало будто сытый кот мурчит.
– Ну, – сказала хозяйка, – теперь мы обеспечены на всю зиму: при такой кладке не меньше как два сажня уложил старик лишнего.
– Не лишнего, – заметил я, – ведь он одного студню-то сколько поел!
Хозяйка на меня и рукой замахала, вроде как на безбожника.
– Не простой это старичок, – сказала она. – Мне от него стало вроде как наш дом господь посетил.
Ноябрь месяц морозы были несильные, мы топились старым, летним запасом осиновых легких дров, и дом не выдувало. Стариковы березовые дрова хозяйка берегла на лютое время. И она была права: в декабре, когда начались настоящие морозы, как мы ни топили осиновыми дровами, прохолодило дом сразу.
– Ну, – сказала однажды хозяйка, – с завтрашнего дня принимаемся за березовые дрова, эти уж не подведут, а осина – не дрова, осина – прах.
Утром я залежался в постели: страшно было вставать, дожидался, пока хозяйка затопит печку новыми березовыми дровами. И вот слышу крик, вот шум, вот брань великая. Подумал – не сцепилась ли моя хозяйка с соседкой. Прислушался, – нет, и соседка в один голос с моей хозяйкой обе кого-то отделывают.
Я поскорее оделся и вышел на помощь женщинам. Тут все сразу и оказалось, почему старичок тогда при кладке так долго всегда возился: дрова-то были осиновые, а он их снежком притрушивал, от этого дрова становились белыми, и по белому старик тыкал мошок, убирал снегом и мохом поленце к поленцу под березовые, и глазом бы ни за что не узнать, а как взял в руки – снег осыпается, и сразу береза становится осиной.
И так благочестивый старик целых пять сажен осиновых дров расписал под березовые.
Михаил Михайлович Пришвин
Почитав один из форумов по заготовке дров, не смог удержаться от соблазна разместить выкладки одного негородского жителя. Ну а Вам уже решать: то-ли придерживаться его рекомендаций по заготовке дров, то-ли заказать дрова у нас.
И так.
Вязанка дров на один раз протопить печь - весит 8-10 кг. Ее можно связать и унести на спине. Зимой если теплее чем –2-5, можно топить один раз в день, если холоднее - надо топить дважды, а холоднее –20-25 - трижды. Это я привожу сведения свои - у меня домишко маленький, печка неплохая. У кого-то может будет уходить больше.
Какое расстояние обычный человек согласится пройти с этим грузом на спине, не очень удобным в переноске? Километр - вполне, два-три - уже с большим трудом. Пять километров – практический предел, дальше – никто ходить не будет. Будет лучше в холодной хате сидеть, завернувшись в шубу. Пять километров - это туда час, обратно полтора, да еще там эти дрова надо заготовить, они ж не готовые лежат, значит еще пила и топор за поясом. Не находишься. Хоть летом хоть зимой. Если есть тачка - можно за раз везти 30-50 кг дров. Это уже кое-что. Но практический предел расстояния - то же самый. С груженой тачкой по грунтовой дороге (или вообще без дороги) идти очень утомительно, и еще медленнее чем пешком с грузом за спиной. Тачкой можно возить дрова только летом, когда нет снега и грязи. Именно так я заготавливал дрова на первую зиму, когда еще не было лошадей - тачкой возил с ближней вырубки. До нее было всего 400-500 метров от моего дома. И то, поверьте, я с этой тачкой прилично намудохался пока заготовил. Когда устойчивый снег - можно сделать санки, но санками груз будет чуть меньше. Сегодня вот (только что гуляли с женой по лесу) - не снег а месиво, санками не пройти вообще, пешком сложно (это было начало февраля). Итак, когда нет конного транспорта - практический предел транспортировки дров - 2-5 км. Если конный транспорт есть - то расстояние существенно отодвигается. Однако - вовсе не до бесконечности.
Следующие два сезона (включая нынешний) я возил дрова лошадьми, и прекрасно представляю куда бы я еще ездил за дровами, а куда нет. Реально я ездил на расстояния около 2-3 км, вполне мог бы ездить и на 5 км, и даже на 7. Но 7-10 км - это уже то расстояние, на которое больше чем 1 раз за день не съездишь. Если дорога хорошая - то рысью - это час езды порожняком, полтора-два груженым. И после этого лошади будут уставшие (это мне сидеть, а им-то бежать). Если дорога плохая - то шагом - это два часа туда, два с половиной - три обратно. Конечно, телегой можно увезти за раз до полутонны дров, так что количество поездок будет не очень большим. Около десятка-полутора. А какое расстояние будет предельным? Я думаю, то, на которое можно обернуться за 1 день. Думаете, это больше 20 км? ан нет, фиг. 15-20 км - максимум. Лошадь может 10 км бежать рысью, но вот бежать рысью без отдыха 20 км и более - нет (я сейчас говорю про сельских лошадей с нелегенькой телегой за спиной, а не про арабских скакунов). Так что 20 км, со всеми отдыхами - это утром выехать, вечером приехать. Это если асфальтовая хорошая дорога. Если грунтовка - то и 15 км это очень много. Наверно, кто-то уже думает - "а какого это он тут несет околесицу про пешком, на лошадях... Да Камазом поехать, да пара мужиков с бензопилами, две поездки и дрова на зиму. А если вся Украина этим займется - Камазов много, бензопил тоже хватит - то лесов быстро не станет, о чем я и говорил". Так вот на это я отвечу - пока есть солярка для Камазов и бензин для бензопил - будет и газ. И никто этим заниматься не будет (вы же сейчас не занимаетесь?). А когда вас припечет ехать за дровами, потому что газа в трубах нет и не предвидится - вы вдруг обнаружите, что топлива на заправках тоже нет, и Камазы (трактора и т.д.) стоят бесполезными грудами железа. Сомневаетесь? А я вот не сомневаюсь. И останется то, что я описал выше - пешком или на лошадях. С учетом того, какое количество в селах лошадей - они физически смогут обеспечить топливом только своих хозяев, может еще ближайших соседей. Это очень маленький процент даже от сельского населения, тем более от общего. Так что реально остается только "пешком", а это – 2-5 км. Теперь посмотрите на карту, и прикиньте лесные массивы, на расстоянии 5 км от которых есть лишь сельские населенные пункты. Эти леса уцелеют. Это - большинство существенных лесов Украины. Теперь посмотрите на карту, и прикиньте населенные площади (в том числе крупные города), где на расстоянии 5 км никаких лесов нет. Население этих площадей будет вынуждено обходиться без топлива. Это - почти все городское население Украины и изрядная часть (больше половины) сельского. А вот КАК оно будет обходиться без топлива – это уже второй большой вопрос, который вне рамок данного материала. Интересующихся можно отправить к описаниям быта в блокадном Ленинграде, к примеру. К этому фрагменту добавлю, что я сейчас для привоза дров делаю около 10-15 ходок телегой на расстояние 1-3 км. Дрова где-то пополам сосновые и лиственные (акация, ольха, дуб, вяз). Распиливаю вручную, лучковой пилой по сырому дереву Stanley. Толстые поленья колю потом колуном. Время заготовки – не позже июня, чтобы за остаток лета дрова успели высохнуть. Об источниках. См. еще один фрагмент из форума. А как насчет восстановления вырубленных на дрова лесов?
Кстати, о восстановлении и рациональном пользовании лесов, добавлю пару слов.
1) когда растет лес на деловую древесину, обычно сосновый - во время его роста надо делать дважды или трижды т.н. санитарные рубки - прореживать его, чтобы не был слишком густой. Вырезаются, естественно, более слабые деревья, также кривые (деловая древесина должна быть ровной). Эти санитарные рубки - отличный источник дров. Правда, эти дрова принадлежат лесникам, так как санитарные рубки только лесники могут делать.. но продаются она совсем недорого, и основная масса народа в селе именно из этого источника дровами и запасается. К слову, если санитарные рубки не делать, то в загущенных участках будет полно бурелома – отставшие в развитии сосны засыхают, подгнивают у основания, и ветер их валит. В первый год они еще представляют интерес как дрова (но не как материал! погибшее дерево быстро заражается жучком), на второй год и дальше оно уже становится слишком трухлявым чтобы имело смысл с ним возиться (если в дровах нет острой нужды и конкуренции, а если есть – то и старый бурелом на дрова годится, только его больше надо). В моем лесу есть немало участков, где бурелома – валом.
2) в лиственных лесах очень распространенное дело - наличие подлеска, такого как орешник (в осиновом лесу) или вяз (в дубовом и ольховом лесу). Эта гадость растет сама собой, ценности никакой не представляет в плане деловой древесины, зато является отличными дровами, особенно вяз. Все это можно пилить, когда оно достигает толщины руки (как раз удобно для дров, и колоть не надо). Отрастает заново оно потом от пеньков само собой, причем очень быстро.
3) ольховый и акациевый лес хороши тем, что их после вырубок не надо пересаживать - они отрастают корневой порослью. В первые годы после вырубки ольхового леса от каждого пня тянется вверх целый куст. Через 5-8 лет в этом кусте формируется штук 5 отчетливых лидеров, остальные отмирают. А в течение следующих пары десятков лет от этого "куста" лидеров можно срезать один за другим побеги (уже довольно толстые), которые явно тоже останут в росте, чтобы в конце остался один главный лидер, который и даст новое дерево. Этакая получается замена санитарных рубок.
К этому фрагменту добавлю вот что. Несмотря на перечисленные пункты, в прошедшие годы мой основной источник дров был – подбор мусора после вырубок. В лесу каждый год разрабатывается один-два-три участка по полгектара-гектару, где вырубается все под ноль, и засаживается молодой лес. Сразу после вырубки там валяется огромное количество толстых веток, обрезков бревен, и т.д. – все что не является форматными дровами (прямые куски по 2 м), лесники оставляют, оно потом сжигается при очистке участка перед посадкой. Мне остается только приехать лошадьми и пособирать на воз эти готовые дрова. Трудоемкость заготовки близка к нулевой. Также в прошлом году некоторое количество дров брал из бурелома – заготавливать свежий бурелом (нетолстые сосны) легко и приятно.
